Кащенко на выезде. Зилим 2013

[малинище]

Сплав Зилим-2013
И вот опять весна, опять майские, опять ожидание большой воды. Ну и естественно нас понесло. В этот раз унесло в сторону Зилима.

Состав унесенных:
Серега – он же Док
Макс – он тоже Док
Витек – как бы так не проматериться, штоб кратко описать
Роберт – он же Боб
Алена – единственный приличный человек
Ну и куда ж без меня

Несколько дней суматошных созвонов на тему: «Да пофиг на катамаран!!! И на речку тоже пофиг! И на заброску плевать, доедем как-нибудь! Главный вопрос, сколько берем водки?» - это между собой и методичное выедание мозга добрейшему дяденьке Яковцу: « Ой, а у вас катамаран 4-ка есть? А 6-ка? А 4-ка и 2-ка? Или взять рафт? Нет, давайте все-таки шестерку возьмем! У вас есть?» заканчиваются успешно, Серега съездил и что-то там у Яковца забрал. Сказал, что вроде, катамаран, вроде 6-ка, вроде новый. Проверять не стал, ибо это не есть главное на весеннем сплаве. А о главном он уже позаботился и перелил в баллоны.
Надо сказать, что добрый дяденька на все мои блеянья по поводу плавсредств отвечал весьма флегматично «да не вопрос», и когда я увидела, что парни извлекли из автобуса по приезду и начали надувать, то фраза из старого мультфильма: «А восемь! Восемь шапочек ты можешь сшить из этой шкуры!? А десять?!» живо пришла на ум, ибо в прошлый раз точно такой же катамаран нам дали, когда мы попросили кат – четверку. В этот раз эта красная хрень позиционировалась, как шестерка… я думаю, что если б нам взбрело в голову попросить плавсредство на восемь там или на десять рыл, то мы так же получили бы его же… только весел было бы больше… и походили бы мы тогда на перенаселенную ощетинившуюся красную пое… хренотень…
Ладно, чтой-то меня подзанесло, продолжим.
Гидру пришлось напялить на себя прямо в автобусе, ибо погоду включили по варианту: « ну что, сссс…сплавщики, купацца собрались?», то есть для точной характеристики погоды лучше всего подходило слово «полная». Напяливая гидру на себя я сначала подивилася, что что-то больно легко она одевается, неужель я похудела… и возрадовалася втайне, хотя вроде внешних очевидных признаков столь глобального похудания на себе не обнаруживала. И если обычно, напялив гидру я вызывала у окружающих ассоциацию с женщиной - хотя бы тюленем, а особо льстящие, говорили, что с женщиной – кошкой, то в этот раз даже у меня была четкая ассоциация с костюмом детской гармошки… или кирзового сапога… /К слову об отключающихся на природе умственных способностях. Два последующих дня я ломала голову над феноменом растянувшейся за зиму гидры, пока при внимательном взгляде не обнаружила, что я, собираясь, утянула из дому не свой неопреновый девчачий облегающий везде где надо девайс, а гидру своего любимого двухметрового голубоглазого блондина 52 размера/
И снова меня подзанесло…
Тем временем красное безобразие надули, все к нему привязали, взгромоздились на него, отплыли, огляделись и… какие-то смутные подозрения начали всплывать в наших уже вовсю отдыхающих умишках. На нашем кате было шесть рыл, сидящих каждый на своем рюкзаке и два пакета посередине. Один с едой, второй с гитарой. И все. Плавсредства всех остальных групп, как проплывающих мимо, так и тех двух, что ехали с нами в автобусе, выглядели, так, будто люди на них собрались плавать минимум вечно. Бензогенераторы, самовары, огромные черные и не черные ящики, /у одних чуваков на катамаране был натуральный комод с завитушками прикручен/, кресла, столы, канистры, собаки, какие-то завернутые в брезент или полиэтилен огромные баулы… и мы тут… с двумя пакетами… Як дыти… Зато мы были бодры, веселы и до неприличия хорощи собой.



По уже сложившейся традиции, с момента старта прошло не более полутора минут, как началось оно. То, собственно ради чего все было затеяно.
Для упорядочивания процесса тыканья веслами в воду, общими умственными усилиями определили ответственный центр в моем лице / я пожала плечами, и сказала « ню-ню», и еще «наплааачетеся еще».
Через какое-то весьма непродолжительное время, выяснилось, что на нашем маленьком, но сильно ржущем и сплотившемся в приступе накатившего умиления, граничащего с идиотизмом, плавучем островке, есть еще личность, коя пыталась пойти своим путем. И указать остальным дорогу в светлое будущее. Этим, простихосподе, Данкой, оказался приличный с виду Витек, которого обычный способ грести не устраивал. И что, мол, традиции, оно, конечно, хорошо, но если б никто не эксперементировал, то и анального секса бы не было… и начало оно грести своим методом, засовывая весло меж гондол и яростно там шурудя. Может, в прошлой жизни оно было гондольером в Венеции, как щас узнаешь, но последствия этих экспериментов сразу же отразились на траектории движения нашего плавучего безобразия. После различной степени ядовитости хулительных и остроумных замечаний, коими его с удовольствием осыпали все, оно ненадолго прекращало, но именно, что ненадолго. Фиг знает, может таким путем периферия пыталась поднять восстание, но центр не дремал, и с особым цинизмом и удовольствием топил все попытки восстания в крови.
Через пару часов, при просмотре Кысыка, предложение нечаянно забыть Витька на берегу, и подобрать парой км ниже, а то он нам тут нагребет, поступило от совершенно невозмутимого Макса.
-Заметьте, не я это предложила!- вконец замороженная снаружи, но не теряющая оптимизма внутре я, размышляла о том, куда б пересадить наше не совсем юное дарование, так чтоб оно могло нанести минимальный урон. Решили плюнуть, оставить как есть, а если будет сильно выделываться, то ведь кого-то может и смыть набежавшей волной… невзначай. Тут подошел предмет обсуждения и все, тяжело вздохнув, расселись по местам.
Воды, надо сказать, было немного, просвистели порог быстро, скучно. Даже дарование не успело начудить. /хотя потом, с кем только не встречались на реке, все рассказывали, что «воды было ого-го!!! Валы охрененные!!! Мы там одного выронили! Другой в расческе выпал! Ухууу!! И Эге-гей!» и создавалось впечатление, что мы по какой-то другой реке сплавлялись/



Под давлением центра, решено было вставать сразу после Кысыка. Потому что нам с Аленкой было: а) холодно, б) мокро, в) очень холодно и мокро, г) если не встанем прямо счас, то очень плохо и мокро будет этим четырем прямоходящим, и практически единственное гендерное отличие –кадык мы и м вырвем без наркоза.
Ну и потом были все тридцать три поистине мужских удовольствия весеннего сплава, по которым все успели соскучиться за зиму, как то: поиск дров в мокром лесу, пилеж их же и попытки разведения костра из получившегося результата. В общем, пока приключился костер, суп был практически приготовлен на мультитопливке, что Боб взял с собой.
А потом как началося!!! А во время этого «началося» и «понеслося», судя по всему единственная не отринувшая по выходу из автобуса внутреннее достоинство и сохранившая разум, интеллигентность и воспитанность Алена, ясно понятно, что из лучших побуждений начала пытать окружающих. Пытала она всяческими интеллектуальными игрищами, наивно пытаясь разглядеть в совершенно счастливых и столь же совершенно стеклянных пуговицах, кои образовались на месте глаз, хоть какие-то остатки разума и достучаться до оных остатков. Надо сказать, что пытку мы вынесли стоически, как заправские партизаны – на вопросы связно не отвечали, в глаза не смотрели, дышали перегаром, творчески матюкались, а хитрый Боб сразу же притворился погибшим в перестрелке и уполз мумифицироваться в палатку. Далее его не смог поднять из почивших даже самый натуральный салют, коий добрые соседи пришли и устроили на нашей поляне.

Кстати на все дни предполагаемого сплава, абсолютно все прогнозные ресурсы обещали ее самую. Ту, которая еще «полная». И, как всегда, мастерски промахнулись. Погода далее была представлена в достаточно узком спектре от «просто хорошая» до «ахриненно вообще».




Сплавной процесс практически нисколько не отличался от позапрошлогоднего, когда мужская часть две-трети сплава выясняла, кто главный загребун на этом районе. Кренделя, что наш кат выписывал по реке, несколько распрямлялись, когда большая часть экипажа выполняла команду «ЛЕЧЬ НА ВЕСЛА!!!» и выполняла ее буквально. Весла складывались внутрь, и все принимали различные позы, символизирующие собой полное единение с природой, протекающей мимо и различными жидкостями, затекающими внутрь. Надо ли добавлять, что позы были исключительно горизонтальные?



Это все за исключением Сереги и Макса, что сидели на корме, и вдвоем совершенно спокойно правили этим плавучим дурдомом.
А дурдом меж тем тихо не лежал, а фонтанировал всяческими словесными изысками, перемежающимися взрывами такого оглушительного ржанья, что в скором времени все встречные плавсредства или оплывали нас по большому радиусу провожая нас оторопелыми взглядами, видимо боясь заразиться, или вообще приставали к берегу заслышав нас издалека…

-Ой, смотрите! Орел летит – пытался блеснуть хоть чем-то Витек, лежа поперек весел, двух или трех пар ног и катамарана.
-Это не орел. У нас орлы не водятся – дочь биолога и геолога Алена, не смогла пройти, тьфу ты пролежать мимо, и неосторожно поправила, - это сапсан.
Тут же началось! Практически одновременно и со всех сторон.
-Слющай, ара, ты што мене путаешь?
- Сапсан –ето паравоз!!! А паровоз летать не может!
-А паравоз – ето балшой телег из Москвабад в Недомосквабад ходит?!
-А это что, по твоему, летит? Электричка?!! И т.д. и т.п. до бесконечности.
Алена благоразумно молчала… вернее смеялась в миску перекусом.
И дальше в том же духе продолжался сплав, сопровождаемый паровозами, кои не летают, но видимо не в курсе, коровами, в изумлении пялившимися на проплывающий мимо цирк.




Потом восставал из ада /или откуда еще там/ один мастер межгондольной гребли /первые две буквы в слове «гребля» вычеркиваем/, каждый раз упорно начинал совершенствовать свою технику, за что так же каждый раз мною был безжалостно потрошен, морально расчленяем и пока я победным танком разъезжала по останкам, Серега, видимо из совершенно добрых чувств, желая спасти друга, сказал, мне:
-Не, Алинка, ну согласись, ведь есть же у него упорство! Ведь есть же в этом, не побоюсь этого слова, самце! Сморти, какой САМЭЦ!! В нем точно какой-то внутренний стержень! - орал он совершенно упоенно, не заботясь о том, что наш орущий, ржущий и выписывающий кренделя катамаран полностью дискредитирует светлый образ молодой образованной столичной интеллигентщины на отдыхе / в основном, сплавщики были из других регионов, и мы пытались держать марку/
-Конееефно! – так же восторженно давилась я, не в силах побороть богатое воображение и бурную фантазию –Есть! Стержень!!! –мою истерику было уже не остановить - НЕФРИТОВЫЙ!!!ААА!!!
И снова уже ржали все.
Когда какие-то проплывающие мимо осторожно поинтересовалися, с чего это нас так прет, и, получив ответ, что с галоперидолу, это ж очевидно, а еще у нас есть Витек!!! Стержень нашей команды!!! Мы его пока держим, но вы лучше прячьтесь! тихонько начали притормаживать веслами, а то вдруг это заразно.. или мы стержень не удержим…
А в какой-то из вечеров основным культурным развлечением был суп. СУП. Типа с рыбной консервой, и с засыпкой в виде алфавита. Омериканского алфавита. И буквы были в нем все. А теперь на минутку представим себе реакцию молодого, здорового на тело и уже третий день планомерно гасящего в себе остатки разума организма, когда у него в супе плавают какие-то разбухшие буквы и самовольно складываются в слова. /А некоторым их организмы уже начали намекать, что пора искать стоянки, на которых будут голые бабы…/ И какого плана эти слова складываются. Ужин был психоделичен. Из себя пару приличных слов смогла выдавить только Алена, отработавшая фиг знает сколько лет преподавателем английского языка, мужественно нашедшая слово BAG и HELP, ну и я, отогнав ложкой весь хлебобулочный компромат, предъявила общественности жалкое слово BALL. Все остальные, кто остервенело, кто флегматично, гоняли ложками по тарелкам, пока Витек не высказал всеобщее мнение, что очень тяжело, даже при наличии двух высших образований, из букв F, U, C, и K составить слова «счастье», «любовь» и «жизнь», хотя и очень хочется.
А потом я пошла к речке сполоснуть скатерть, на которую пролилось пара матерных частушек латиницей, и поняла, что меня уже не исправить, и можно идти стреляться, так как зверюшка безнадежна, ибо последними за горизонт отправились, тихо вращаясь A, S и еще одна S. «Ну, да полная ass» согласилась я и вернулась к нашим.



А еще в одно прекрасное утро благородный дон сэр Макс, решил осчастливить девчачью общественность в виде помощи при приготовлении завтрака. Пока мы неосторожно доверившись этим добрым глазам, рукам и прочим частям благородного дона, отвлеклись на приготовление бутербродов, сэр Макс, получив подробные инструкции чего, сколько и как засунуть в кипящую воду, вошел в ступор, столкнувшись с последним достижением в современной кулинарии в виде пшена, распакованного в порционные пакетики для варки. Видимо столь продвинутая технология не дошла еще во все квартиры отдаленного от центра района ДОК, либо жена щадила его неокрепшую к 30 годам ранимую мужскую психику столь шокирующими подробностями, но когда он ткнулся к нам с вопросом: «а как ЭТО засовывать?» и получив ответ, что прямо вот так как есть, потом не найдя поддержки у восставших ото сна индивидов своего пола, решил, что это вот так вота, прямо с утра, две девицы решили начать над ним издеваться, принял решение сам. Или вспомнил не к месту «послушай женщину и сделай наоборот и будет тебе щастье» . Ну и сделал. За что и поплатился. Вместо посуленого в коварной поговорке «щастя» была ему хула всяческая, поношения словесные и осмеяние. И на мой вопрос, а нафига, собственно, благородный дон, над доверенным продуктом издевается, а не делает, как ему велено было, оконфузившийся сэр, сказал, что шутки юмора он и сам умеет шутить и понимает тоже хорошо, а вареный полиэтилен он жрать не намерен. Мол, кто знает что от вас ждать дальше, вчера вон суп читать пытались, сегодня полиэтилен варите, а потом он даже боится себе представить что ждет его дальше. Далее, совершенно естественным образом завязалась дружеская дискуссия, основной темой коей были умственные способности, хваленая мужская логика и обязательное женское коварство.

[малинище]

а, да, продолжение следует

[kkv]

Мы как-то сосиски нечищенные жарили, так что кашу он предусмотрительно высыпал
Последнее фото - после Шешеняка, полянка, куда приходит дорога с Саралов (Хайбуллино)?

[малинище]

он еще потом всю оставшуюся дорогу бубнил: "а тушенку тоже в упаковке засовывать?" или " что, и чайные пакетики потрошить не надо было?"

а фотка-фиг знает откуда, что-то у меня в памяти не отложилось которая откуда и я их так навтыкала, для разбавления

[tramp_ufa]

В очередной раз почитал отчет Малинища. И снова вмемориз однозначно!!!! Умница.

[малинище]

продолжимс


вот так большую часть сплава выглядел наш кат и мужская часть населения


А еще на одной из стоянок мы имели радость пообщаться с прототипами сериала «Реальные пацаны. 20 лет спустя». На свет костра и звук гитары из темноты выползла пара четких усатых дядек из Перми, стоявшие видимо неподалеку, на предмет пообщаться. С бутылкой водки, и нерастраченной жаждой культурно отдохнуть… а тут еще и девчонки у нас оказались… Боб опять коварно притворялся личинкой в палатке. Витек вел себя тихо и не отсвечивал, Макс не помню, где был. Так что в этот раз удар по общению принял на себя Серега, умудряясь мужественно заслонять собой то меня, то Аленку, когда четкие дядьки вспоминали про нас и начинали заводиться на вечную тему: «ОПА!! А че это дивчонки не пьют!!! А с нами? А по писят капель? А че ето сразу «нет»!!!», Серега мастерски сбивал зарождавшееся непонимание на корню, вопросами типа : «Слышь, пацаны, а у вас там в районе Березовка, что-нибудь построили?» и четкие пермские парни простодушно покупались на этот отвлекающий маневр, начинали явственно скрипеть подкепочным пространством и забывали про нас еще на какое-то время. Потом все шло по новому кругу, и в какой-то момент, чтобы облегчить Сереге задачу, мы с Аленкой тихо смылись спать.



Четвертый день нашего сплава начался несколько позже чем обычно, со словами, что плывем до 20:00, перед Победой надо искать стоянку, потому как стоять в мышатнике неохота. Все согласились, и процесс пошел в уже отработанном ритме выполнения команды «налечь на весла». Роберт выглядел так, как будто вообще не понимал зачем его разбудили и нафига он выполз из спальника, там он греб точно так же. Два часа лежания на веслах и вдруг нате вам. Приплыли. Стоянку до Победы найти уже не успеваем, так как она вот. Уже прямо тут. Не дожидаясь восьми вечера.
Стоянок между Победой и Имендяшево я не помнила/хотя их там оказалось до фига/, рискнуть плыть дальше не решили, да тут еще на одной из стоянок Серега нашел лук. И стрелу. Одну, правда, но и этого хватило, чтоб у взрослого образованного по самое нехочу самостоятельного и брутального мужика снесло башню напрочь. Просто насовсем.




Он вцепился в лук. Он из него даже стрелял. Он бегал по берегу, отчаянно жестикулировал лицом и орал:
-Что наконец-то! Все! Вот оно! Он нашел себя в этой жизни! Что у него проснулись гормоны древних индейцев, что спали в нем всю жизнь! Что сегодня ночью он пойдет на охоту за скальпами бледнолицых собак и белыми женщинами! Если женщины будут большие, то могут быть и черными!!!
-Ты, главное в темноте не перепутай,- бессердечно ржали мы ему прямо в горящее от нахлынувших воспоминаний предков, лицо
Серега фонтанировал совершенно нас не слыша;
-А охотиться на женщин легче всего, если ты прекрасен собой и вооружен!
И мы еще подавимся своими насмешками, когда он вернется с победой, скальпами и белыми женщинами!
Когда мы осторожно прервали этот победный гон, и спросили, а зачем ему, столь ослепительному какие-то неизвестные белые или не очень белые, или совсем не белые женщины, то был получен однозначный ответ.
- Зализать их до полусмерти!
Вопрос о том, где стоять отпал, было ясно, что остаемся тут. Возле Победы. На стоянке с мышами. Все решили, что лучше встать здесь, где есть много соседних групп на соседних стоянках, и что наш начинающий Чингачгук будет выгуливать свои так не вовремя проснувшиеся гормоны у соседей. Может залижет там кого-нибудь и подуспокоится. И только выразили общую надежду, что у нас хватит денег, чтобы компенсацию если что выплатить.
Поставили лагерь и решили прогуляться до входа в пещеру.




Прогулялись. Почитали надписи. Посидели и решили прогуляться повыше.




а это Серегу, видимо гормоны душат





Пошарахались наверху, пофотографировались и пошли вниз, кто-то, чтоб готовить ужин, а кто-то оружие в порядок приводить…
Путь обратно пролегал через пару лагерей, впереди шли мы с Аленкой, парни поотстали, и в одном из лагерей наше появление вызвало какой-то нездоровое оживление, кто-то из обитателей лагеря крикнул куда-то в палатку, что тут ТААКИИИЕ разгуливают, из палатки брутальным басом тут же крикнули, что ТААКИИЕ, срочно сюда. Я только успела подумать матерное короткое слово, как прискакал наш индеец и бешено вращая глазами, широко расставив свои лопатообразные ладони, с высоты своего роста заорал сходу гораздо более брутальным басом: « КУДА?!!! Куда мне идти? В какую палатку лезть? Я уже идуу!!! ГДЕ ТЫ?!» ответом ему было озадаченное молчание, а потом тот же голос уже гораздо тише и спокойнее ответил, что уже в общем-то никому никуда идти не надо, он уже сам справился…



А после ужина индеец незаметно пропал. Мы слегка напряглись, но в соседних лагерях было тихо, либо этот орел сидел в засаде, либо только планировал акцию... Кто-то высказал мнение, что нехорошо, конечно по отношению к ни в чем не повинным людям, но пусть уж лучше он свои амбиции где-то там реализует, чем в узком кругу друзей. И пока мы тихо- мирно чего-то пели и пили возле костра, ожидая поминутно истошных воплей из соседних лагерей и мести мужчин, чьих женщин зализали до полусмерти у них под носом, то выяснилось, что напрягались мы зря. Этот обормот просто спать завалился, а в полночь восстал и хочет чего-нибудь этакого. Но лук куда-то задевался, и пришлось развлекаться обычным способом.

всю ночь мимо нас в сторону пещеры дефилировали группки граждан различающиеся только количеством индивидов, количеством фонариков и степенью растянутости свитеров на оных индивидах. "видимо, это мода такая, ща с так в пещеры ходють" подумали мы, и уже не обращали на них внимание. Завтра уже в город, поэтому, посидеть надо серьезно.

А следующим прекрасным теплым утром опять подтвердилась сентенция, насчет неисповедимого женского коварства. Мы с Аленкой помыли головы, расчесали буйны кудри, оставили их на всеобщее обозрение, и остатками воды умылися, и кремами намазалися, чем явили миру свою красу неписанную. В общем вовсю позиционировали себя, как женщин. Белых. Ну, местами белых, если быть точными, потому как солнце немилосердно светило все дни, а мазаться начали только в крайний день. Но женщин.

вот так кстати выглядел наш кат со всеми шмотками на нем





Пока собирались, и упаковывались, это было еще не так заметно, но когда отплыли, то Чингачгук наш, усевшись поудобнее, сложил весло, толкнул Макса, и начал, кивнув на нас:
-А, че Макс, мы тут гляжу, фотомоделями обзавелись…Мы тут, значицца, страдаем, гормонами удушаемы, вот уже пятый день, по кустам бегаем, шаримся, ищем, кого б зализать, а ОНИ!!! - дальше тон его повысился, и вот уже все опять происходило как в предыдущие дни – многоголосое ржанье эхом отражается от скальничков и уходит за поворот – Четыре!!! – орал он – Четыре дня они мастерски притворялись лесоматериалом!!! Какой удар!!! Какое низкое женское коварство! – надрывался этот вождь сименолов недоделанный. Потом уже совершенно нормальным голосом:
- Совершенно не вижу, почему бы нескольким благородным донам и не запить слегка это потрясение…
И вот уже Имендяшево. И вот уже выгружаемся. Сушимся и ждем автобус.

ну и традиционно
АФИГЕННО ПОСПЛАВЛЯЛИСЬ!!! АХРИНЕННАЯ КОМПАНИЯ!




Война окончена. Всем спасибо, все свободны

[Евгений Яганов]

Что-ж вы пили и ели с такими маленькими сумками!?

[малинище]

ели еду, а пили питьбу соответственно, вона все в черной сумке и лежит

[Евгений Яганов]

недокормленные и недопОенные, бедненькие...

[малинище]

неее, мы очень даже богатенькие, а допить все, что с собой привезли, так и не осилили