Жертвы понтов и спортивных магазинов

[xt3]

[ufabike]

чувсствую проперло вас:)

[kkv]

[xt3]

[snowtata]

Мля, тока почитала топег.
Развод удался
афтару зачот
Димон - молчи-молчи))))

[ufabike]

насчет неоправданной дорговизны экипировки для занятия горнолыжным спортом
я уже неоднократно писал:)
тут я согласен на все сто - искусственно раздута и пропиарена эта область

а насчет понтов и выпивона
это вам видней - есть или нет:)

[Oswald]

[ufabike]

Я сама – экстремал и жена экстремала. Могу на все это сказать только одно: да, мы безумные.

По крайней мере, с точки зрения неэкстремалов. Если оперировать их представлениями о жизни – мы абсолютно безумные. Мы можем потратить на свой спорт все свободное время, а на снаряжение – все свободные средства. Несколько норковых шуб можем потратить, вот как!

У нас горят глаза и трясутся ручонки, когда мы говорим о парашютах/лыжах/досках/лодках (нужное подчеркнуть).


У нас ничего не горит и не трясется, когда мы листаем журнал Космополитен/Максим/как их там еще (ненужное зачеркнуть). С нашей точки зрения, человек, тратящий три тысячи долларов на норковую шубу, нуждается в немедленном лечении. Три тысячи долларов! Да ведь на эти деньги можно было слетать на Камчатку на хелибординг! А неплохая пуховая куртка на зиму стоит всего-то триста баксов... Человек, оставляющий в бутике несколько сотен евро за костюм, по нашему мнению, и вовсе требует изоляции от общества .

Да на эти деньги можно было купить такую защиту!


А если говорить посерьезнее, то не все экстремалы совершенно асоциальны. Однако в период неофитства через это проходят очень многие. Пройдет время, и все, скорее всего, устаканится: значительная часть времени все равно будет посвящена парашютам, но найдется и время по Питеру побродить или в театр заглянуть.

Правда, некоторые так и уходят в это все с головой, целиком.


Из них потом получаются прорайдеры, которых в «Точке отрыва» показывают. Для остальных экстрим остается просто хобби, не более опасным, между прочим, чем национальный русский спорт вроде купания в пьяном виде в жару или гонок по оживленной магистрали после пары бутылок водки.

У нас есть дети, супруги, книги, у некоторых – даже дачи. Только вот супруги нередко занимаются тем же спортом. А дети с 4 лет встают на лыжи, и не могут дождаться, когда же им исполнится 15 лет, чтобы можно было наконец прыгнуть. И еще мы уже никогда не потратим 3 тысячи на норковую шубу. Даже если эти тысячи не нужно копить, во всем себе отказывая. Просто мы точно знаем, что в хорошей пуховке гораздо теплее. Такие дела.

[xt3]

>>насчет неоправданной дорговизны экипировки для занятия горнолыжным спортом
>>я уже неоднократно писал
>>тут я согласен на все сто - искусственно раздута и пропиарена епта - рыночные отнощения.
спрос - предложение, предложение - спрос.
ты же спекулянт, сам должен понимать.
а помоему искусственно раздута область книгопечатания посвященная компам, эти книги не стоят таких денег, за которые ты их продаешь, а также эти книги не стоят денег за которые ты их покупаешь, чтобы продать нам.

а насчет понтов и выпивона
это нам видней - так что закрой рот.

развод, развод. я сразу видел, что уфабукс провокацию сделал.
это сразу ясно. но это не значит что я не хочу с ним поспорить.

[ufabike]

Конечно, можно промолчать и пройти мимо. Но мне кажется, что это все-таки нужно сказать: так называемые экстремалы – очень опасные люди.

У меня был молодой человек Сережа. Закончил университет. По специальности (экономист) работать то ли не захотел, то ли не смог. Перебивается всякими подработками и родительскими подачками. Прыгает чуть ли не каждую неделю с парашютом. Говорит, что это его отдушина, что ему так интереснее жить в этом мире. Очень даже верю в то, что ему действительно так интереснее. Только вот, на мой взгляд, намного опаснее.

Дело даже не в том, что парашют однажды может не раскрыться, а ногу можно подвернуть даже с раскрывшимся парашютом.


Он ведь серьезно подсел на это. У него зависимость. Прыгнул – испытал прилив адреналина. Можно жить дальше. Прошло несколько дней и хочется туда опять. Опять к этим безумным людям, которые спят и видят, как бы забраться повыше, чтоб потом лететь подольше.

Раньше мы часто виделись с Сережкой. Даже встречались некоторое время. Он был нормальным интересным парнем. Мы ходили с ним в кино, театр, на всевозможные выставки, посещали заведения, гуляли по городу, веселились, шутили, полноценно общались, короче. Но после того, как он случайно попал на этот дурацкий аэродром, все изменилось. Сначала он с восторгом рассказывал про то, как это здорово. Меня это даже радовало.

Я думала: «хорошо, у него появилось новое увлечение». Прошло еще какое-то время и я поняла, что это никакое не увлечение, а болезнь.


Он абсолютно перестал интересоваться нормальной жизнью. Ни о каких музеях, романтических прогулках и посиделках в кафе не могло быть и речи. Когда я пыталась делиться с ним своими переживаниями, рассказывала о том, что мне интересно, он делал такую мину, что мне просто хотелось плакать, плакать от его непонимания. Даже к путешествиям (тому, что он так раньше любил) он охладел.

«Поехали в Питер», – говорю я ему как-то. А он в ответ: «В Питер? Можно поехать. Там, ребята рассказывали, в Гатчине можно отлично попрыгать». И так вот все время.


Целыми днями смотрел фильмы про своих прыгунов, читал какие-то книги и журналы об экстремальных видах спорта и мечтал только об одном – новом прыжке. Он стал похож на пятилетнего ребенка, играющего с солдатиками и считающего, что кроме его солдатиков в мире больше нет ничего важного. Естественно, мы расстались.

Не знаю, может быть, мой случай вовсе не показательный и дело тут не в увлечении экстремальным спортом, а в Сереже, но… Я видела его товарищей-парашютистов, общалась и с другими экстремалами. Все они какие-то странные.


С каким восторгом, с каким блеском в глазах они рассказывают друг другу про все свои приключения. И обратите внимание: их больше особо ничего не трогает. Я сильно сомневаюсь в том, что у таких вот экстремалов могут быть нормальные семьи. Зачем они им? Ну, скажите мне: разве это нормально? Разве эти люди не больны? Разве их не нужно серьезно лечить?

Мне кажется, что все эти экстремальные виды спорта должны преподноситься как-то иначе, так, чтобы они не ломали неокрепшую психику молодым людям, не делали их зависимыми от постоянных впрысков адреналина. Кто-то наверняка скажет, что я глупая несчастная девушка, которая пытается свалить неудачу в отношениях с молодым человеком на парашютный спорт. Не знаю. Я так не думаю. По-моему, дело вовсе не в этом. А Сережку мне очень жалко…

статьи с сайта www.gazeta.ru