Индия - Непал или скитания одинокой девушки

[AlekSS]

Осенью 2012 года к нам в гости заглянула Оля, она же rusalka, она же одна из интересных личностей клуба redBike. В связи с тем что жизнь в Москве удовольствие не из дешевых, а неплохо бы было поэкономить Оля решила податься на зимовку в Индию, благо ее распорядок жизни это позволяет. Уехала, а через 3 месяца потянуло ее съездить в Непал, и не смотря на то, что Оля – белый человек, съездить туда по адекватным ценам, что из этого вышло можно прочитать в нижеизложенных путевых заметках, публикуемых с ее разрешения. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: много букафф, мало изображений, Оля все еще в Индиях-Непалах и с инетом там туго, перекинуть сложно. Ждем отзывы стоит ли автору писать еще

Итак, исходные:
1. девушка Оля
2. Индия
3. 2500 км пути
4. велосипед
5. параплан
6. вещи

Первая часть пути: Пуна — Дели.

Но сначала надо попасть на автобусе в Пуну. К автобусной станции меня подвозит сам Андре. Бесплатно. Что можно считать признанием в высшей степени. Думаю, Андре был когда-то хиппи, и в его душе нашли отклик мои деяния в духе сексуальной революции. Отрадно, потому что во многих высокоморальных людях они спровоцировали острые приступы мракобесия. Выгружаем мешок с парапланом и барахлом, коробку с велосипедом, и на этом Европа заканчивается — начинается Индия.

Велосипед надо будет поднимать на крышу автобуса. За пределами городов, где нет платных носильщиков, обычно приходится начинать самой. Потом помогают, но не сразу. Местные женщины таскают тяжести сами. Приезжим обычно помогают, но только потому, что они приезжие, как мне пояснила однажды девочка из Пуны (из обеспеченной семьи, вряд ли сама носит свои вещи). В этот раз я переношу коробку к автобусу, поднимаюсь на крышу, и с земли мне её всё-таки подает кондуктор. В толпе, с интересом наблюдающей это мероприятие, комментируют: она только на днях еле ходила, а тут лезет на автобус.

Параплан отправляется в кабину к водителю, едем. Public bus — это металлический чемодан на колёсах с массой наваренных вручную металлических же элементов внутреннего убранства. Оптимальный транспорт для местных поездок, в 10 раз дешевле туристических автобусов. Плюс возможность тесного культурного контакта. На этот раз слишком тесного контакта не состоялось — в автобусе было просторно.

На остановке рядом с Puna train station (железнодорожной станцией Пуны) кондуктор с водителем уже выгружают всё сами и даже соглашаются подождать, пока я приведу носильщика. Носильщик упорно не понимает необходимость тележки и делает вид, что пытается унести и коробку, и мешок разом. За другим носильщиком он, конечно, не пойдёт из жадности. Но предлагает моторикшу, и вместе с кондуктором резво тащит всё к стоянке моторикш. Каким образом моторикша поможет в переносе багажа с автобусной остановки на железнодорожную платформу, не понятно. Разве что объехать всю Пуну кругом и приехать на то же место. Передислокация к моторикшам к тому же удлиняет 100-метровую дорогу до платформы метров на 30. Я уже в бешенстве. Отнимаю у них параплан и несу его на платформу. Носильщик с коробкой бежит позади. Вообще-то я не собиралась сама даже поднимать ни коробку, ни мешок. Я, действительно, только дня три как начала более или менее нормально ходить. Мне очень жаль своего здоровья и не жаль средств ради него. Но тут уже ни деньги, ни навыки общения не работают — это другая игра.
Утверждаюсь на полу зала ожидания, добиваюсь, чтобы носильщик поставил коробку дном вниз, и отдаю 100 рупий (2 доллара). Это много, но он, согласно с традицией, начинает делать обиженное лицо и уже было открывает рот. Я сворачиваю концерт сразу. Как показать гнев в нужной пропорции — так, чтобы он не провоцировал эскалацию агрессии, но останавливал любые дальнейшие поползновения индуса — это мой новый навык.

Оставляю коробку с мешком, чтобы проверить свой билет. Я покупала билет здесь же, в Пуне, в обычной кассе. В туристических кассах продают билеты с местами. В обычном порядке на любой поезд есть определённое число билетов с местами, а когда они заканчиваются, продают билеты «без мест», в «списке ожидания». На моё направление билеты с местами почему-то заканчиваются быстро уже в течение нескольких недель. У меня «список ожидания», номер двести восемьдесят какой-то при покупке, а теперь сто пятый. Об этом мне сообщает автомат со спящей внизу собакой. Когда я покупала билет, собака точно так же спала в корпусе автомата. Возможно, собаки прилагаются к автоматам в Индии.

Вагон — sleeper, сравнимый с плацкартом. Разница в том, что полки — в три яруса, можно взять с собой сколько угодно багажа, но определённого места для него не будет. На большой багаж положено брать билет, но я этого не делала кроме самого первого раза — никому он, как правило, не интересен. Многие ездят с большим багажом, окружающие относятся к этому с пониманием. В вагонах других классов я не бывала — говорят, там просторнее, а sleeper – это «джунгли» (именно из-за «списка ожидания», по которому в них может набиться сколько угодно пассажиров). Но у меня главенствует принцип минимизации затрат при одинаковом результате. Что в «слипере», что в вагоне другого класса я доеду вперемешку с индусами и багажом за то же самое время в то же самое место.

2,5 часа ожидания на платформе под пристальными взглядами других пассажиров (просто пялятся на белого человека, как обычно), и поезд подходит. Погружаюсь в поезд сама. Времени хватает, хотя индусы умеют сделать так, чтобы не хватило, когда одни рвутся вовнутрь, а другие наружу одновременно. Мне везёт. Сажусь в вагон, соседствующий с вагонами другого класса — проходы между ними закрыты, и мой багаж комфортно размещается в тупиковом тамбуре. Сама определяюсь в крайний отсек. Пока хозяева мест не располагаются спать, среднюю полку убирают, на верхней полке можно лежать, а на нижней - сидеть всем, с одобрения хозяев. Уступать часть своего пространства — нормальное поведение в индийском поезде. Как и делиться своей едой. Я сижу на месте, вечером прошусь поспать на свободную пока среднюю полку, а ночью с приходом хозяина перемещаюсь на пол. На полу в слиперах спят многие (ведь без мест - до половины пассажиров), поэтому никто не наступит и не помешает (не делай другому того, чего не хотел бы себе). Мне оставляют всю середину отсека, хотя ночью набиваются даже стоячие пассажиры. На следующий день меня сообща перемещают на сидячее место, и никто уже не трогает.

На этот раз я сделала всё, чтобы избежать дорожных разговоров. Обычно, как вообще везде, так и в поезде, это стандартный набор вопросов: «Which country from? What your name? Are you married? Are you single? Is that a bicycle?» Мне надоело отвечать. К тому же вопросы имеют некоторую подоплёку. Эти: Are you married? Are you single? - вовсе не об одном и том же. Первый определяет формальное семейное положение, а второй — скорее об «одиночестве» как таковом, может повлечь предложение секса, либо какой-то скользкий намёк от мужчины, а от женщины — попытку самоутвердиться своим принуждённым замужеством. Так вот, мой успех в этом поезде состоял в том, что ни в одну из этих словесных ловушек не вступила. Пожалуй, факт моей поездки без места затмил факт моего одиночества и перевозки мной велосипеда, и даже с учетом постепенной смены окружающих пассажиров, забота мне была обеспечена.

Итак, в поезде прошло около 30 часов. По расписанию их должно было быть 27, но поезда в Индии всегда опаздывают. Поздним вечером следующего дня я высаживаюсь в Нью-Дели. Но это следующая часть истории.



Вторая часть: Дели

Я не хотела останавливаться в Дели. И могла бы не останавливаться, потому что есть прямые поезда из Пуны до границы с Непалом. Но хотела встретиться с подругой, и была возможность подобрать в Дели попутчика. С подругой не встретилась, а попутчика подобрала — об этом позже.

Остановка на станции Нью-Дели. Я знаю, что где-то рядом квартал отелей.

Попутчики помогают выгрузить багаж и нанять носильщиков. Носильщики до выхода со станции в сторону этого квартала (двое) обходятся в 120 рупий. Дальше начинается представление. Меня оставляют наедине с толпой посредников, которые хором орут, что не существует отелей дешевле полутора тысяч рупий. Я в свою очередь твёрдо говорю, что не существует отелей дороже 300 рупий. Посредники вопят и раздражают. Носильщиков больше нет. При выходе со станции большая пустая площадь, на ней только посредники и рикши, двенадцатый час ночи. Надо как-то физически выйти из ситуации. Я переношу свой багаж на 20 метров в сторону. Это было неожиданно для вопящих — они же пробовали мою коробку с мешком на вес.

И тут ко мне вкрадчиво подходит новый посредник и зовёт в отель за 300 рупий на велорикше за 10. Он явно пьян, мелок, а рикша — стар. Ладно. Хотя бы удалюсь от выхода из вокзала, а там, может, и разберусь с отелем. Мой велосипед едет на другом велосипеде.

Везут недалеко (действительно, большой квартал с отелями). Завозят в проулок. Отель — за 900. Я торгуюсь до 650, но это всё равно не моя цена. Убедившись в непреклонности всех сторон, посредник везёт в другое место. 600. Но комната явно не тянет больше чем на 200 даже для туриста. Уступать не собираюсь. Посредник как бы относится ко мне с сочувствием. Даже с чрезмерным. И подходит время от времени слишком близко. Это меня уже давно насторожило. После второго отеля рикша «сдаётся» и передаёт свой транспортный аппарат посреднику, и тот предлагает отвезти меня в новое место, за 100 рупий. Это окончательно настораживает. Действительно, под мостом он останавливается, подходит ко мне, начинает что-то лепетать про 100 рупий и комнату, и пытается приставать.

Вот еще одна ситуация, когда надо бы бить в лицо, а мне противно. Вот именно, что не страшно, не сложно, но противно, как будто при соприкосновении с его лицом я испачкаюсь в какой-нибудь слизи. Надо что-то с этим делать. Поставить удар и наработать рефлекс, чтобы такие вещи больше не оставались безнаказанными — в России еще не раз пригодится. Сломанный нос будет достаточным для моральной компенсацией? Думаю, да. Больно, много крови, и след останется. И вот что интересно. Как работает голова у человека, которому вот так представляются проститутки — путешествующие с велосипедами по дальним странам?

Моего завода хватает еще на то, чтобы перенести свой багаж на открытую часть улицы, пока мелкий ублюдок убегает. Его услуги обошлись мне бесплатно, и я в стороне от вокзала прямо в квартале отелей — это положительный результат.

Иду к ближайшему довольно убогому отелю и спрашиваю комнату. Меня уже видели с багажом, поэтому отвечают: всё занято. Хотя на доске висят ключи почти ото всех комнат. Думаю, если к 12 часам ночи их не разобрали, то комнаты свободны. Выражаю эту мысль вслух, она вызывает некоторое смятение на ресепшене, но ответ остаётся прежним: всё занято. Хорошо, иду к следующему отелю. Он тоже довольно убогий, ключи висят, мест нет. Но я развиваю разговор о ценах на комнаты, спрашиваю еще раз о свободных номерах, и получаю более экзотический ответ: здесь комнаты только для индусов. В целом всё развивается по стандартному сценарию, но я уже начинаю уставать.
Возвращаюсь к своему багажу. Мне не дадут его оставить на каком-нибудь ресепшене, чтобы я могла спокойно налегке поискать другое место. Это мы уже проходили. Поэтому еще раз переношу его. К счастью, недалеко — ко мне подъезжает новый велорикша. Этот понимает, что со мной не будет вариантов — отвозит меня в отель за 400 рупий. Я плачу ему 40 — от отеля доплатят. Думаю, для белой женщины в Дели ночью в одиночку с 55-килограммовым багажом 400 рупий — это успех.
Комната большая, но грязная. Есть горячая вода, но нет интернета, который мне обещали при осмотре комнаты. А еще, пока я оплачиваю номер после осмотра, в туалете появляется несмытое говно. Это последнее, что я могу преодолеть сегодня. Спускаюсь на ресепшен, менеджер долго вызывает своих ребят, ребята долго идут к номеру, пытаясь по дороге завязать со мной приветливый разговор на тему «Which country from?”, но это у них не получается. Говно исчезает, я принимаю душ и ложусь спать.

На следующее утро выхожу на улицу знаменитой — весь квартал в курсе, что я приехала с велосипедом и что торговалась до последнего. У них было хорошее развлечение.
Пытаюсь установить контакт с подругой — ничего. Выхожу на связь с потенциальным попутчиком — Дэйвом. Встречаемся у туристических касс, покупаем билеты до Непала. На этот раз туристические кассы, потому что Дэйв — всё-таки немец. Но вагон всё-таки sleeper - будь по-моему.

Зачем Дэйв? Он нужен в дороге как «мужчина, с которым я еду» - ничего не меняет для меня, но очень много значит для индусов.

Поезд — на следующий день. Идём в Дэли. Осматриваем Red Fort, доблестно взятый британцами в 1857 году — не очень интересно, потом идём гулять по трущобам Old Dehli – еще менее интересно. Это детские игры в «я крут, я был в трущобах». Я бы лучше посмотрела девчонок на каблуках, хорошие веломагазины и чистые тротуары. Вместо того чтобы месить многослойное говно в многовековой помойке. Тем более, что вчера у меня был гораздо более плотное «погружение в Дели».

С утра идём завтракать по туристической улочке — много молодых европейцев обоего пола, жадных до «погружения». Ну-ну. И часов с 12 начинаем выдвигаться к трёхчасовому поезду. Нам нужно на другую железнодорожную станцию. Дэйв по какой-то причине не находит подходящее такси и отправляет меня. Возможно, это моя забота, потому что у меня больше багажа. Вообще-то есть странный для меня момент в общении с европейцами. В дороге, даже если вы вместе, каждый сам за себя. Каждый сам за себя стоит на остановке, берёт билет, а если кто-то один за всех спросит — это большое одолжение. Мой постсоветский разум мыслит еще такими категориями как «сотрудничество», когда один стоит на остановке с багажом, другой спрашивает, третий покупает на всех билеты и т.д.. Мне кажется, это удобно. Но европейский разум мыслит в духе «индивидуализма», «феминизма» и пр. Поэтому Дэйв считает, что делает мне одолжение, когда я оставляю его сторожить багаж.

Моторикшу привлечь не получилось — слишком много вещей. Поэтому нужно вместительное такси. Иду к уже знакомым таксистам у вокзала. Называю свою цену — 250. За эти деньги, естественно, водители не согласны. Ну и я не собираюсь платить больше за 4 километра. Наконец, один соглашается. Таксисты галдят, переговариваются. Мы едем за багажом и Дэйвом, нужно развернуться поперёк улицы и заехать в переулок. Таксист делает разворот в ближайшем проёме между разделительными заграждениями, и его останавливает полицейский. С торжественным видом начинает писать что-то в своих бумагах, а таксист начинает ныть и просить его ничего не писать. Я немного выжидаю в машине, потом выхожу и с видом счастливой дебилки разглядываю полицейского, бумаги и таксистов, которые уже подтягиваются с вокзала, чтобы принять участие. Так и есть — ничего страшного в бумагах не наблюдается, там, похоже, только дата и имя самого полицейского. С таксистами он, скорее всего, дружит. Поэтому перестаю принимать ситуацию всерьёз. Моего таксиста, конечно, отпускают. Но мне сообщают, что придётся подождать другое такси. Новый посредник из числа таксистов вызывается со мной подождать и показывает мне на каждое второе такси, которое едет по улице по своим делам. Теперь они хотят потянуть время, чтобы мы стали опаздывать на поезд и согласились на любую цену. Я некоторое время играю в эту игру, а потом подхожу к постороннему таксисту на комфортной легковушке, которая мне не подойдёт, но поможет выйти из ситуации. Действительно, мой делегат от вокзальных таксистов спохватывается, и через 5 минут такси за 250 рупий подъезжает к багажу. Правда, с меня берут еще 100 рупий за погрузку — ладно. Не пришлось участвовать в погрузке самой.

Дэйв уже занервничал — у нас час двадцать до поезда, а мы еще стоим в пробке где-то на пол пути. Поэтому предлагает мне самой разбираться с носильщиками на станции, а ему еще надо сдать одну из своих сумок в камеру хранения. Для этого ему понадобится билет (это одна бумажка на двоих). Так что я на последней стадии переброски к поезду побуду без билета. Времени полно, но прокручиваю в голове варианты — в Дели всё возможно. Могу и за час не добраться до поезда последние 500 метров. Но всё благополучно. За 200 рупий носильщик довольно далеко несёт на голове коробку с велосипедом, а я сама иду с парапланом. Нужная платформа, номер моего вагона на табличке, Дэйв подходит, успешно сдав свою сумку минут за 10, поезд опаздывает еще на 40 минут — всё в порядке. Садимся в поезд, и на этом конец второй части пути — прощай, Дели.


Третья часть: Индия – Непал

Мы сели в поезд под табло с номером нашего вагона, S6, и на вагоне тоже было написано «S6», но внизу была еще одна табличка - «S4», так что попали мы всё-таки не в свой вагон. Но здесь, в тамбуре, нашлось место для моей коробки, и я решила подождать до выяснения подробностей. Выяснять подробности через 2 вагона пошёл Дэйв. Примерно через пол часа сообщил смс-кой, что в нашем вагоне людей больше, и, возможно, стоит подождать, пока ситуация поменяется. Меня это порадовало, потому что велосипед разместился довольно удачно, я сижу на мешке с парапланом лучше, чем на лавке, и общество в вагоне приличное.

Но с таким комфортом я ехала не долго. За мной пришёл главный контролёр (или кто он, я не поняла), и властно препроводил на моё законное место. Я сходила без багажа и расстроилась: по пути, действительно, полно людей, а в моём вагоне — еще больше, и все чёрные. В смысле, все они — индусы, но какого-то особо густого цвета и в чёрных лаковых куртках и туфлях. Какой-то индийский Кавказ. Я бы лучше осталась в освоенном мною тамбуре. Но начальник настаивает, и мы переносим через два вагона и параплан, и коробку с велосипедом. Коробка встаёт вдоль прохода с торцов лавок, параплан отправляется на мою верхнюю полку. Мы пока остаёмся внизу. Чтобы было где сидеть, руками начальника (не сама - никого не обидеть) прогоняю 4 человек с нижней полки — остаются еще только двое и мы с Дэйвом. В моё отсутствие Дэйв был там седьмым, что ли?

До ночи едем так. Обычно в индийских поездах продаётся много фаст-фуда: «самоса» (пирожки с картошкой), «вадапа» (шарики из картошки в 2 кусках хлеба), рис и лапша, томатный суп, лепёшки, ласси (кисломолочный напиток), бананы, «чипсы на развес» из ведра с зеленью и специями, а на южных направлениях была «сладкая сметана» в глиняных горшочках, кокосы с молоком и проч. И, конечно, бесконечный «чайчайчайчайчайчайчай» и кофе. Но в этом поезде почему-то с едой туго. Я голодная. Только совсем поздним вечером вместе с соседями по отсеку покупаем через окно коробочку с маленькими лепёшками и мятой картошкой со специями. Лепёшки зажарены в масле, картошка — тоже, между ними проложена газетная страничка, и картонная коробка — в качестве упаковки. Думаю, ничего опасного. После ужина отправляюсь на верхнюю полку. Можно было бы спустить на ночь параплан вниз, но людей слишком много, поэтому ложусь прямо сверху на мешок. Сойдёт.


Вскоре ночь становится еще интереснее. В первый раз за 3,5 месяца в Индии я отравилась — вероятно, газета в картошке была недостаточно свежая. Всю ночь проблевала в туалете. Перестала даже возвращаться на место, чтобы не скакать каждый раз через спящих на полу через половину вагона — села на пол поближе. Надо сказать, туалеты в индийском плацкарте чище, чем в России — те, что были до появления вакуумных кабин: металлическое очко с педалью и кран с пимпочкой, как в умывальнике. При меньшем количестве пользователей в вагоне. Индусы в поездах всё-таки очень аккуратно соблюдают правило: не делай другому того, чего не хотел бы себе.

В довершение всего в самый хмурый предрассветный час, когда я, наконец, успокаиваюсь у себя наверху, по поезду проходит вооруженный охранник, и его привлекает мой велосипед. Сначала он обращается к Дэйву, как к мужчине, но Дэйв пугается и перенаправляет автоматчика на меня. Всё, чего хочет ночью человек в форме с расчехлённым оружием — это билет на провоз багажа. Но у меня его нет, я тупо играю в белого туриста, и страж сдаётся. В общем, с белыми туристами ничего не может случиться в такой ситуации — от них больше проблем по службе, чем возможной выгоды.

Наутро я чувствую себя довольно слабой, но думаю, до Покхары меня должно хватить. Соседи по вагону смотрят на меня мягче, чем вчера, с искренним сочувствием, т.к. все дружно наблюдали мою ночь, наши с Дэйвом отношения, мой велосипед — короче, всё, в подробностях и деталях. Помогают выгрузить багаж.

А дальше нам нужно shared taxi — маршрутка — до границы с Непалом. Рикша подхватывает мой багаж и за 60 рупий тащит как раз к джипу такси. Таксисты называют хорошую цену — 150 с человека и еще 150 за мой багаж, и грузят коробку с мешком наверх. Всё слишком хорошо. Остаётся подождать еще нескольких пассажиров для заполнения машины, и тут-то открывается подвох. Джип отгоняют в сторону от вокзала, таксисты устраиваются играть в карты, а новых пассажиров никто не ищет. Нам предлагают ехать на этом джипе без попутчиков за 1,5 тыс. рупий. Это не годится. Мы уже не особо спешим: поезд пришёл не в 6 утра, а в десятом часу, до границы ехать еще часа два с половиной, и мы понимаем, что не будем в Покхаре сегодня. Поэтому стараемся расслабиться и играем в эту игру. Я сажусь за руль джипа, весело показывая, что поеду за рулём сама. Наш водитель радуется моим игрищам, но опасливо забирает ключ из замка зажигания. Потом перемещаюсь к вокзалу при подходе нового поезда и даже вылавливаю из толпы трёх европейских туристов. Но они ревностно следуют предписаниям путеводителя lonely planet (прямо так и ходят с ним в руках) и боятся поверить даже мне — я уже настолько похожа на местную? Во всяком случае, таксисты и зазывалы подключаются к поиску пассажиров — этого я и добивалась.

Всё равно, пока джип заполняется, проходит не меньше двух часов. Отъезжаем только после того, как один из пассажиров в истерике убегает со своей сумкой, мы двое грозимся перейти на автобус (тоже вариант, но опять перегружать багаж, и идти — еще дальше), непальская старуха-пассажирка орёт изнутри благим матом, и водитель практически силой заталкивает две новые жертвы.

Дорога до границы тоже получается нервной. Водитель как будто на спидах - гонит по встречной, пытаясь убивать мотоциклистов, музыка орёт, трясёт на ямах. Мне плохо, Дэйв как-то угрожающе напряжен. Когда мы высаживаемся в приграничной зоне, нас окружают орущие рикши, предлагающие свои услуги по перевозу багажа через границу. Всё как и положено. И тут Дэйв внезапно усложняет ситуацию, отказываясь платить водителю такси. Водитель достал — гнев Дэйва справедливый. Но эмоции излишни. Стою в стороне, наблюдая, как рикши перетаскивают мою коробку с одного тарантаса на другой (раза три спёрли её друг у друга — не меньше). В общем и в целом Дэйв был бесполезен в дороге — все проблемы я решала за двоих. Разве что само его присутствие, возможно, оградило меня от посягательств со стороны индусов. Хотя что мотивировало Дэйва ехать со мной — понятно? Посягательства были, просто с другой стороны. Справедливости ради, я со своим супербагажом, настойчивой борьбой с индусами и умением находить трудности была ему серьёзной нагрузкой. Это не по трущобам гулять, начитавшись справочника. Зато получил и новый дорожный опыт, и познакомился с всероссийским физкультурно-спортивным обществом «динамо»... Всё утряслось, такси оплачено - на границу!

Штамп пограничной службы Индии, новая виза, и — поздравления! - мы в Непале. На непальской стороне силы заканчиваются у обоих, и мы сдаёмся в первую автобусную контору, которая предлагает рейсы в Покхару. Оставляем багаж в офисе, снимаем деньги, покупаем билет — около 7 долларов за почти 200 км и 8 часов пути, обедаем в соседнем ресторанчике. Всё прекрасно. Это и настораживает. И не зря. Автобус, на который погружают мой велосипед, стоит прямо посреди помойки, и выглядит от неё неотличимо. Рейс постоянно откладывается. Поедем ночью, а спать в этом автобусе явно не получится. Но сил уже нет. Отправляюсь на задний ряд сидений спать. Не тут-то было.

Мой сон прерывается тем, что на крышу автобуса, где лежит мой драгоценный велосипед, постоянно добавляют новый багаж. Крыша покрыта мешками сельскохозяйственного вида. Сначала на них плашмя лежит только моя коробка. Потом вокруг коробки нарастают чемоданы и тюки других пассажиров. Потом поверх коробки привязывают какие-то кульки с тканями и подушками. А ночью, в темноте, поверх подушек натягивают полиэтиленовый чехол и привязывают плетёные клетки с голубями. Голубей узнала по жёлтым глазам с розовой каёмкой, которые мелькают между прутьями, но никогда бы не подумала, что эти птицы так по-человечески орут от ужаса. Хозяин голубей — очень толстый мужик в голубой юбке, деятельно участвует в погрузке, накреняя собой автобус. Расплачивается за провоз багажа натурой, то есть голубями — пара голубей едет где-то у водителя в кабине. Живые, издают полные страдания вопли. Я наблюдаю все манипуляции с багажом, потому что меня беспокоят попытки грузчиков ходить ногами по моему велосипеду. Возмущаюсь и продолжаю выскакивать каждый раз, когда на крышу добавляются новые баулы. Автобус тем временем заполняется, и в ночь мы мчимся с орущими голубями поверх тюков на крыше, плачущими детьми, храпящими мужиками, голосящими старухами и ржущими подростками в недрах пассажирского отсека. Сидят уже даже на табуретках в проходе. Ни о каком сне не может быть и речи. В качестве последнего, самого мощного аккорда к началу движения водитель врубает на полную мощь местную музыку. В Индии с музыкой ездят везде. К индийской дорожной музыке я уже привыкла и смогла бы не замечать — она бесконечна как воды Ганга и похожа на горы мусора на обочинах пестротой и единообразием. Но в непальской дорожной музыке есть какие-то китайские мотивы, к которым ухо пока не привычно, поэтому она действует как заевший будильник...

Я пишу это, сидя в кафе в Покхаре. Жизнь вне опасности, солнце светит, Аннапурна стоит, то есть всё закончилось благополучно. Это был дорожный рассказ для тех, кто в Индии не был и спрашивает меня: ну как там? Рассказывала долго. Потому что ездить по Индии — долго. Много деталей. Потому что в Индии много деталей. Я бы сама читать не стала, но написать — другое дело.



P.S. Дорожные расходы:

120 автобус до Пуны
100 носильщик в Пуне
540 поезд Пуна-Дели
120 носильщики на станции New Dehli
40 велорикша
400 + 200 отель в Дели
100 погрузка багажа
250 такси на станцию Old Dehli
200 носильщик на станции Old Dehli
340 билет Dehli – Gorakhpur
60 носильщики в Горакпуре
150 (я) + 150 (багаж) в такси до границы
50 велорикша через границу

Всего: 2820 индийских рупий (около 55 долларов)

плюс
560 непальских рупий (7 долларов) билет на автобус до Покхары
40 долларов — непальская виза на месяц

Итого, около 105 долларов или 3 тысячи российских рублей за переезд из центральной части Индии в центральную часть Непала.

[heilnull]

Рассказ интересный, радости только не видно большой.

[john25]

Отлично! Жду продолжения.

[serg777]

Намедни 6 уфимцев в Непал подаются. Собираются на 6500 забраться. Надеюсь таким образом ездить не станут. Тем не менее интересно. Настя, продолжай! (В ЮВА наблюдал таких "оторв" разного пола из разных стран. Назвал их "растаманами". Что ими движет? Для меня загадка).

[Toomas]

Такие люди называются бэкпэкеры , знать надо)))
http://ru.wikipedia.org/wiki/%C1%FD%EA%EF%FD%EA%E8%ED%E3


Пиши дальше , очень интересно!!!

[Терик]

Очень познавательно, спасибо!

[serg777]

Тоомас я тоже отказался от услуг туроператоров но рюкзачником себя не считаю. Разный подход но все имеет право на жизнь. Настя пиши про эту растаманшу-бэкпекершу. Однозначно сильная и смелая барышня что при любом отношении к процессу заслуживает уважения

[Влад(Виссарионыч)]

[Родис]

Влад заново читай. Всё поймешь. Девушку Олей зовут, а пишет выкладывает сюда Настя.

[Влад(Виссарионыч)]